В подземном городе, уходящем на полтора километра вглубь земли, остатки человечества ведут свою размеренную жизнь. Четырнадцать десятков уровней, вырубленных в скальной породе, стали для десяти тысяч душ и домом, и тюрьмой, и всем миром. Снаружи, как гласят непреложные законы, царит смерть. Воздух стал ядом, земля — бесплодным пеплом. Единственное окно в ту погибшую реальность — гигантские панели, развешанные в общественных зонах. На них день за днём, год за годом, сменяются одни и те же кадры: статичный, застывший в серых тонах ландшафт. Ни движения, ни признака жизни, только унылая пустота.

Эта картина, транслируемая с камер на поверхности, служит постоянным и неопровержимым доказательством. Доказательством того, что иного пути нет. Что спасение — только здесь, в этом лабиринте из металла и бетона. Правила общества бункера просты и суровы. Их не обсуждают, их соблюдают. Первый и главный закон, вбитый в сознание с детства, звучит коротко и категорично: дверь наверх не открывать. Никогда. Мысль о неповиновении даже не возникает у большинства. Зачем? Экран показывает истину. Выход — это самоубийство, предательство по отношению к тем, кто выжил.

Жизнь течёт по жёсткому распорядку. Работа на сельскохозяйственных феррах, обслуживание систем рециркуляции воздуха и воды, ремонт механизмов — каждый вносит свой вклад в хрупкое равновесие их микрокосма. Социальная структура столь же чётко выверена, как и работа вентиляционных шахт. Есть управляющие инженеры, следящие за "живыми" системами бункера. Есть стражи порядка, обеспечивающие соблюдение норм. Есть простые труженики. Всё подчинено одной цели — поддержанию существования.

Но даже в этом полностью контролируемом мире, среди рокота генераторов и мерцания экранов, иногда проскальзывает тихий вопрос. Шёпот в темноте жилого отсека, мимолётный сомнительный взгляд, брошенный на вечно серое изображение. А что, если картинка врёт? Что, если застывшее небо — всего лишь запись, а камеры давно смотрят в пустоту, специально созданную, чтобы никто не усомнился? Эти мысли опасны. Их гонят прочь, как кошмар после пробуждения. Сомневаться — значит пошатнуть самый фундамент их реальности. Значит рисковать всем.

Поэтому обитатели подземелья живут, работают, создают семьи. Они отмечают условные праздники, глядя на искусственное освещение, заменяющее солнце. Они растят детей, рассказывая им о ядовитых ветрах наверху. Они смотрят на экраны, верят в них и покорно принимают свою судьбу. Бункер — их вселенная. А безжизненный серый пейзаж на мониторах — самая надёжная в мире стена, удерживающая их в безопасности и в неведении.